Судебные процессы фонда "Право Матери" в сентябре 2022 г. (анонсы)
Пресс-релиз №: 
35/2213
от: 
30/08/2022
  • Краснодар,
  • Челябинск, 
  • и другие

08 СЕНТЯБРЯ Фонд «Право Матери» работает в Четвертом Кассационном суде общей юрисдикции (г. Краснодар), чтобы отстоять выигранный 21 декабря 2021 года в первой инстанции иск о компенсации Министерством Обороны РФ вреда матери погибшего солдата Валентине Решетниковой. Ее сын Эдуард Решетников был призван в армию 21 июня 2015 года. Прослужил Эдуард всего три недели: 12 июля 2015 года в его войсковой части обрушилась казарма учебного центра (про эту историю много тогда писали в прессе). В результате обрушения военнослужащие получили повреждения различной степени тяжести, а рядовой Решетников, в числе других 24 военнослужащих, погиб. Следствие и судебный процесс затянулись на семь лет. За это время истек срок давности по основному эпизоду обвинения — о нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшем большие человеческие жертвы (ч. 3 ст. 216 УК РФ), тем не менее, 16 августа 2022 г. Омский гарнизонный военный суд вынес по этому делу приговор. Наибольший срок — десять лет колонии строгого режима и штраф в 6 миллионов рублей (в доход государства) суд назначил бывшему заместителю командира центра ВДВ по тылу П. Столь строгое наказание связано с тем, что он обвинялся еще и во взяточничестве. Дело в отношении экс-командира по сроку давности было прекращено.

В фонд «Право Матери» Валентина Решетникова обратилась с просьбой помочь взыскать с Минобороны России компенсацию сверх возмещения вреда в связи с гибелью сына. Фонд «Право Матери» направил иск в Геленджикский городской суд Краснодарского края (иск составлен главным юристом-аналитиком Фонда «Право Матери» Татьяной Сладковой) и выиграл дело, суд присудил ей компенсацию в размере трех миллионов рублей; однако 21 апреля 2022 г. апелляционная инстанция Краснодарского краевого суда вышеуказанное решение суда изменила в части размера денежных сумм, подлежащих взысканию с ответчика. Данное апелляционное определение фонд считает ошибочным, так же как и подавший на него кассационное представление прокурор края, поддержавший нашу позицию. Интересы матери погибшего представляет юрист фонда "Право Матери" Александра Богданова. Начало заседания в 14-15. =

13 СЕНТЯБРЯ в Центральном районном суде г. Челябинска Фонд «Право Матери» продолжит работать по коллективному иску о признании права на ежемесячную денежную выплату (ЕДВ) в размере, установленном родителям погибших военнослужащих, приравненных к участникам ВОв и о перерасчете этой выплаты за прошлый период. Иск Фонд «Право Матери» подал в интересах родителей, погибших в «первую чеченскую войну» призывников: 74-летней матери погибшего ветерана боевых действий Тамары Агафоновой, 76-летнего отца погибшего Виктора Ефремова и его супруги 75-летней Галины Ефремовой, 70-летней матери погибшего ветерана боевых действий Татьяны Николаевой.

Алексей Агафонов до призыва в армию работал на Челябинском металлургическом заводе, был призван 26 декабря 1993 г. Дослужился до звания младшего сержанта и посмертно был награжден Орденом Мужества. В Указе Президента РФ от 01 декабря 1995 г. значится: «…В ходе оборонительного боя 10 января 1995 года, уничтожив две огневые точки, погиб…». Тело Алексея Агафонова было опознано его мамой в 124 Центральной лаборатории медико-криминалистической идентификации Министерства обороны РФ лишь спустя 7 месяцев со дня его гибели.

Рядовой Андрей Ефремов не дослужил трех с половиной месяцев до конца своей срочной службы: его призвали в ноябре 1994 года, а погиб он 08 августа 1996 года. Андрей умер в 20 лет, спасая своих товарищей. Вот как об этом сказано в выписке из наградного листа к Указу Президента РФ о награждении Орденом Мужества (посмертно): «…колонна боевой техники попала в организованную боевиками засаду… Рядовой Ефремов …вызвал огонь на себя, благодаря чему удалось избежать больших потерь в этом бою… Покидая машину был убит выстрелом снайпера в голову…». Но страдания родителей Андрея на этом не закончились. Что было дальше рассказывает в своем письме командир части: «Когда товарищи подползли к нему, увидели, что он убит. Сразу началась интенсивная стрельба по живым, и они были вынуждены отойти в укрытие. Тело осталось лежать на дороге. 18 августа трупы с этого места были забраны неизвестными лицами. 7 трупов боевики сожгли на горящей газовой трубе, кого конкретно сказать не могу. В настоящее время отец Андрея находится в г. Ростове в спеццентре по опознанию погибших. Я по своим каналам пытаюсь что-то узнать об Андрее»…. Андрей был найден и опознан 03 января 1997 г.

Дима Николаев прослужил в армии менее 5 месяцев и погиб в 18 лет, не дожив месяца до 19-го дня своего рождения... В письме фонду «Право Матери» начальник главного управления кадров Росгвардии сообщил: «… по архивным документам установлено, что 1 мая 1995 года личному составу была поставлена задача удерживать занятую высоту до подхода основных сил воинской части. Около 15 часов по позициям был открыт огонь со стороны боевиков. Водитель бронетранспортера Николаев выводил машину из-под огня боевиков и когда практически достиг запасной позиции, прямым попаданием снаряда был подбит. Дмитрий получил смертельное ранение и скончался на месте». Посмертно награжден Орденом Мужества…

После гибели сыновей-военнослужащих, каждому из наших подопечных было выдано удостоверение о «праве на льготы и преимущества, установленные для родителей и жен погибших военнослужащих»: в июле 1995 года – Николаевой, в декабре 1996 года – Ефремовым и в январе 1997 года – Агафоновой. Эти «натуральные льготы» - небольшие скидки, социальные «бонусы» - помогали им выживать в те самые «лихие 90-е».

А в 2005 году случилась «монетизация» и осиротевших родителей, как и других «льготников», натуральных льгот лишили, заменив их на «ежемесячную денежную выплату» - ЕДВ. Размер ЕДВ всем назначили разный в зависимости от «категории». Родителей погибших военнослужащих отнесли к категории «060» вместо «064». Времени и сил на то, чтобы бороться еще и с этим, у простых людей не было: надо было еще работать, вести хозяйство… Шли годы, люди старились, теряли здоровье. А их помощники, их сыновья, которые бы могли их поддерживать и помогать, давно лежали на кладбище…

В 2021 году по предложению фонда «Право матери» наши подопечные обратились с письменными заявлениями в Территориальные органы ПФР Челябинской области, откуда все получили одинаковые по сути отказы. Им бесстыдно сообщили, что их дети прожили слишком долго, надо было погибнуть раньше, ведь если бы они успели умереть до 16 января 1995 года, то тогда родителям была бы положена выплата не 1899 рублей в месяц, а 4746 рублей. То, что любая дата с декабря 1994 г. по декабрь 1996 г. попадает в один и тот же период боевых действий одной и той же войны – «вооруженного конфликта» - по Федеральному Закону «О ветеранах» – пенсионные органы не смущает.

Получив присланные семьями погибших ветеранов документы и циничные отказы, фонд «Право Матери» направил коллективный иск в суд (иск составлен главным юристом-аналитиком Фонда «Право Матери» Татьяной Сладковой). Интересы родителей погибших в суде представляет юрист фонда "Право Матери" Надежда Кузина. Начало заседания в 10-20. =

Следите за пресс-релизами фонда "Право Матери"! 

*     *     *


Проект Клиентоцентричность как залог повышения уровня социальной защиты и доступа к правосудию родителей и вдов погибших российских военнослужащих в условиях цифровизации и пандемии” реализуется фондом "Право Матери" с 01 февраля 2022 г. с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Фондом президентских грантов.

Однако, чтобы продолжать бесплатно помогать всем семьям погибших военнослужащих, нам нужна Ваша активная поддержка.

Подписывайтесь на ежемесячные пожертвования в пользу Фонда в своем личном кабинете Сбербанка Онлайн или на нашем сайте: https://mright.hro.org/help

Когда мы просим Вас сделать благотворительное пожертвование "на уставную деятельность Фонда" - мы просим у Вас возможности добиться справедливости.

Мы не берём с самой семьи погибшего солдата ни копейки денег: ни фиксированной платы, ни "процентов от выигрыша" - ничего.