СЕГОДНЯ, 6 ноября Оренбургский гарнизонный военный суд продолжил рассматривать уголовное дело по факту гибели в армии Ивана Крашенинникова из Пензенской области. Иван был призван в армию 27 ноября 2005 г., проходил службу в в/ч 35652 в печально известной Тоцкой дивизии. 11 декабря 2006 г. он был обнаружен мертвым в подвальном помещении казармы в петле из поясного ремня. Родители Вани, Алексей Иванович и Галина Васильевна Крашенинниковы, изначально не верили в версию о его “самоубийстве”. Когда они вскрыли гроб, то ужаснулись, увидев повреждения на теле сына. Долгие месяцы Военная прокуратура Тоцкого гарнизона вела следствие по делу. Результат: двое сержантов в/ч 35652 Круль и Афлистов – на скамье подсудимых, они обвиняются в применении к Ивану Крашенинникову неуставных отношений, повлекших тяжкие последствия. Однако, родители Ивана не верят, что действия Круля и Афлистова могли довести их сына до самоубийства. Они считают, что Иван был убит. Судебный процесс по делу идет с августа 2007 года (предыдущие заседания прошли 23 и 30 августа, 17 и 27 сентября, 9, 17 и 18 октября с. г.).
К сегодняшнему дню Фондом “Право Матери” внимание всех участников процесса было акцентировано на том, что в материалах дела имеется два противоречащих друг другу в выводах судебно-медицинских заключения. Первое было дано государственным экспертом Мингалимовым, в нем содержится описание перелома отростков щитовидного хряща и большого рога подъязычной кости, соответствующее сгибательному типу, и сделан вывод, что такой перелом мог возникнуть от сдавления шеи петлей. Второе заключение было дано кандидатом медицинских наук врачом-специалистом в области судебной медицины Айратом Рамировичем Галимовым, в нем содержится следующий вывод: “Наиболее вероятной разновидностью механической асфиксии, в данном случае, следует считать асфиксию от сдавления руками органов шеи, возможно, через широкую петлю, накинутую на шею. Таким образом, можно предположить, что процесс подвешивания за шею и удавления руками протекал одновременно.” По сей день нам не удалось допросить в суде государственного судебно-медицинского эксперта Мингалимова, который сразу после приобщения к материалам уголовного дела заключения специалиста в области судебной медицины Галимова уехал в длительный отпуск за границу. Кандидат медицинских наук Айрат Рамирович Галимов 18 октября дал показания в суде, подтвердив свои выводы и ответив на вопросы всех участников процесса.
Судебный процесс уже близится к завершению, а у всех людей, следящих за его ходом, пока больше вопросов по этому делу, чем ответов на них. Так что же на самом деле произошло 11 декабря 2006 г. в подвале помещения войсковой части N 35652? Как погиб Иван Крашенинников: был доведен до самоубийства или убит? Правильно ли квалифицировано деяние обвиняемых или вся версия, по которой работало следствие, изначально ошибочна? Действительно ли на скамье подсудимых сидят люди, виновные в гибели Ивана Крашенинникова? В поисках ответов на все эти вопросы, Фонд “Право Матери” получил заключение еще одного специалиста в области судебной медицины Семибратова Виктора Федоровича (общий врачебный стаж более 30 лет, стаж по специальности судебно-медицинский эксперт – более 26 лет, 15 из которых – в должности заведующего судебно-гистологического отделения Тамбовского областного Бюро судебно-медицинской экспертизы). В полученном от него заключении имеется следующий вывод: “Характер и локализация странгуляционной борозды свидетельствуют о том, что она возникла от сдавления органов шеи полужесткой петлей (...) при набрасывании ее на шею Крашенинникова И. А. нападавшим, находящимся позади потерпевшего, с последующим натягиванием концов петли (...) можно утверждать, что причиной смерти Крашенинникова Ивана Алексеевича, 1984 г. р., явилась механическая асфиксия от сдавления органов шеи полужесткой петлей при удавлении (убийство).”
СЕГОДНЯ, 6 ноября юрист Фонда “Право Матери” Юлия Ларина, представляющая в процессе интересы родителей погибшего, заявила ходатайство о приобщении к материалам дела консультативного судебно-медицинского заключения судебно-медицинского эксперта В. Ф. Семибратова.
Судья Усманов Али Усманович в удовлетворении ходатайства отказал со следующими словами:
– Я и так пошел Вам навстречу, допросил Галимова! Хватит!
Юрист Фонда “Право Матери” возразила:
– Нигде не сказано, что в материалах дела должно быть ограниченное количество мнений специалистов, закон не запрещает нам приобщить еще одно, два или восемь, если того требует истина.
Затем юрист Фонда “Право Матери” Юлия Ларина заявила ходатайство, которое логически вытекало из всего хода процесса (сам судья Усманов на прошлом заседании не удержался от фразы: “Я предвкушаю ходатайство потерпевшей стороны об эксгумации”), – о проведении повторной экспертизы в Российском центре СМЭ (г. Москва), с целью устранения противоречий в заключениях Мингалимова и Галимова. Отказ был ответом и на это ходатайство. После чего судья Усманов предложил сторонам... перейти к прениям. (!)
(Как известно, прения – это заключительная стадия любого судебного процесса, после них выносят приговор. То есть Оренбургский гарнизонный военный суд дал понять родителям Крашенинникова, являющимся потерпевшей стороной в деле, что собирается выносить приговор: а) не рассеяв сомнений насчет правильности выдвинутой прокуратурой версии; б) не допросив отдыхающего за границей государственного эксперта Мингалимова, которого сторона потерпевших хотела видеть в суде с самого начала процесса; в) не допросив половину свидетелей). Предложение перейти к прениям было встречено возражениями как со стороны потерпевших, так и со стороны защиты (адвокаты обвиняемых). Стороны объяснили суду, что не готовы к этой стадии процесса, так как еще не допрошены многие свидетели по делу.
Далее был допрос свидетелей. Вызванная в суд по ходатайству защиты бывший психолог в/ч 35652 (сейчас место работы – другая войсковая часть) Леоненко Лариса Владимировна рассказала, что видела Ивана Крашенинникова 5 декабря 2006 года, беседовала с ним, и никаких тревожных симптомов у него не было. Он улыбался, был спокоен. Как специалист она считает, что у Ивана не было поводов повеситься. По результатам тестов Иван Крашенинников показывал низкий уровень возможности совершения суицида. Свидетели-военнослужащие части Косюг Д. А. и Шепелев В. С. на вопрос юриста Фонда Юлии Лариной: “Будет ли слышно, если в подвале (где нашли тело Ивана) что-то происходит при закрытой двери?” ответили: “Нет, при закрытой двери ничего слышно не будет”.
Судебное заседание было отложено на 8 ноября 2007 г. Пока разница между доведением до самоубийства и убийством принципиальна только для родителей погибшего. Неужели суд положит в основу приговора выводы государственного судебно-медицинского эксперта, находящиеся в противоречии с выводами двух (!!!) независимых специалистов? Ведь суд отказал в ходатайстве Фонда о проведении повторной экспертизы в Москве, следовательно, судья Усманов самостоятельно, без чьей-либо профессиональной помощи, должен будет дать оценку тому факту, что экспертные заключения противоречат друг другу в выводах, и отразить это в приговоре...
Фонд “Право Матери” обжалует отказы Оренбургского гарнизонного военного суда в удовлетворении заявленных сегодня от имени родителей погибшего ходатайствах. Отказ в повторной экспертизе по этому делу означает отказ в реальной возможности найти истину.
