4 миллиона за «пушечное мясо» и использование труда призывников
Пресс-релиз №: 
69/1802
от: 
17/10/2016

СЕГОДНЯ 17 ОКТЯБРЯ Дзержинский районный суд г. Санкт-Петербурга удовлетворил исковое заявление о компенсации морального вреда, поданное Фондом «Право Матери» от имени матери погибшего военнослужащего Некрасовой Алевтины Арсеновны. Ее сын Дмитрий Некрасов (1993 г. р.) проходил военную службу по призыву. Он погиб 26 июля 2012 года в в/ч 08318 в результате взрыва снаряда на полигоне «Погоново» в Воронежской области. Дима Некрасов прослужил в этой части меньше суток (прибыл накануне вечером). Вместе с ним погиб другой призывник – Никита Белов. Еще одиннадцать солдат получили различные травмы – сотрясение головного мозга и ссадины. Обвинение было предъявлено командиру в/ч 08318 подполковнику Сюракшину В. В., который направил солдат-срочников, не имеющих специальной подготовки на расчистку полигона. Среди солдат, участвовавших в расчистке, не было ни одного сапера.

28 ноября Воронежский гарнизонный военный суд признал Сюракшина виновным по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК (превышение должностных полномочий с причинением тяжких последствий) и приговорил его к 5 годам лишения свободы (впоследствии апелляционная инстанция смягчила Сюракшину наказание, но в остальном приговор был оставлен без изменения и вступил в законную силу).  Теперь фонд «Право Матери» потребовал, чтобы матери погибшего был компенсирован моральный вред, нанесенный гибелью сына в армии.

Интересы матери погибшего представляла юрист Фонда «Право Матери» Татьяна Сладкова, несколько раз летавшая для этого в Санкт-Петербург (заседания по делу проходили с апреля 2016 г.).  

То, с чем столкнулась Алевтина Некрасова, отдав своего сына в армию – вопиющий цинизм, наплевательское отношение к жизням и здоровью призывников, хамство по отношению к матери погибшего – иллюстрировал протокол уголовного дела: услышав по телевизору про взрыв на полигоне, Некрасова позвонила Сюракшину, но тот со словами, что ему некогда, просто бросил трубку. Напомним, что ранее этот же человек кричал на самих ребят, что они для него – всего лишь «пушечное мясо» (это подтвердили выжившие свидетели на суде).

Военный следователь также не щадил психику матери, сообщив, что «мозги сына собирали в черепную коробку по всему полигону»…

Некрасовой пришлось бороться за достойное погребение сына, столкнувшись с грубостью и неуважением к телу погибшего со стороны военных : «…да хоть в целлофан его заворачивайте…», «ах, Вам еще и гроб нужен?..»

Татьяна Сладкова сообщила суду, что гибелью Димы матери причинены неизмеримые нравственные и физические страдания, на которые она обречена на всю оставшуюся жизнь. В результате непрекращающихся душевных переживаний здоровье Некрасовой ухудшилось и продолжает ухудшаться. После гибели сына истица вынуждена обращаться за медицинской помощью в связи с кардиологическими проблемами, депрессией, тревожным состоянием. Ранее здоровая и полная сил женщина теперь состоит на учете у невропатолога и психиатра; юрист представила соответствующие медицинские справки.

В этом месте представитель Министерства финансов РФ – Артем Зайцев - не нашел ничего умнее, как возразить, что «…данные справки не свидетельствуют о моральных страданиях истца»…

Юрист фонда подчеркнула, что компенсация морального вреда должна в данном случае носить еще и превентивный характер. Министерство Обороны обязано таким образом организовать подбор своих командных кадров, осуществлять контроль над ними, чтобы ситуации, когда призывников губят в погоне за прибылью (саперы этой в/ч собирали овощи на полях фермеров, военнослужащие – сдавали за деньги металлолом и т.д.) были бы исключены раз и навсегда.

Министерство обороны и Западный военный округ представляла в сегодняшнем заседании Ольга Зверева. Она признала необходимость компенсировать матери моральный вред за гибель сына, но отказывалась признавать ответственность Министерства за тех, кого оно нанимает на работу. Конечно, Минобороны было бы удобнее, чтобы моральный вред (непонятно из каких доходов, и сколько десятилетий) компенсировал бы Некрасовой сам Сюракшин.

Юрист Фонда «Право Матери» убедительно возражала – в соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского Кодекса РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работниками при исполнении служебных (должностных) обязанностей.

Прокурор - Екатерина Осипова иск фонда «Право Матери» поддержала, оставив определение окончательной суммы на усмотрение суда.

Судья - Ольга Реутская, заслушав позиции сторон, изучив материалы дела, после совещания огласила решение, которым удовлетворила исковые требования Фонда «Право Матери» на сумму 4 (четыре) миллиона рублей.

Эта беспрецедентная сумма в российской судебной практике, к сожалению, не вернёт к жизни Диму Некрасова. Но мы надеемся, что смерть Димы не будет напрасной и больше ни один призывник не будет послан на полигон собирать неразорвавшиеся снаряды, не имея специальной подготовки для этого. Что призывников будут обучать военному делу, а не сбору урожая. И что наше государство, наконец, поймёт, что нет ничего дороже человеческой жизни, и научится вверенные ему жизни уважать и беречь.

*  *  *


…С апреля по октябрь 2016 г. работать по этому делу фонду «Право Матери» помогали:  отели «Индиго» и «Парк Инн», предоставлявшие нашему юристу ночлег бесплатно; а  также авиакомпания S7, благодаря которой перелёты на многочисленные заседания стоили нам на 50% дешевле.

Записавшись в сторонники Фонда, каждый человек может регулярно вносить свой персональный вклад (пожертвование в 100, 500 или 1000 рублей в месяц) в дело помощи семьям погибших военнослужащих. Сейчас для нашего коллектива поддержка деятельности Фонда со стороны граждан очень важна – Фонд имеет возможность работать для родителей погибших солдат лишь благодаря этой поддержке (Мы не берём с самой семьи погибшего солдата ни копейки денег: ни фиксированной платы, ни "процентов от выигрыша" - ничего.).

 

 
 

© Фонд "Право Матери"
Сделать пожертвование, Мартирологи

При использовании материалов
ссылка обязательна!

Политика в отношении обработки
персональных данных

Карта сайта