СЕГОДНЯ, 18 Мая Домодедовский городской суд Московской области приступил к рассмотрению искового заявления, поданного Фондом «Право Матери» от имени матери погибшего военнослужащего Захаровой Риммы Валентиновны из Оренбурга. Ее сын Сергей Захаров (1988 г. р.) проходил военную службу в войсковой части N 41600 в звании сержанта. 29 декабря 2007 года он погиб от рук капитана этой же части Мельникова Алексея Викторовича от рефлекторной остановки сердца, произошедшей вследствие удара. Год назад Фонд «Право Матери» представлял интересы родителей Сергея Захарова в двух уголовных процессах, по которым обвиняемыми были два капитана войсковой части N 41600 - Классен (дело о неуставщине) и Мельников (дело о гибели). Тогда же выяснилось, что данную войсковую часть захлестнула эпидемия неуставных отношений.

На тот момент, кроме Мельникова и Классена, суд за неуставщину ожидал лейтенанта этой же части Артюхова, а один из потерпевших по делу Классена сержантов ранее тоже был осужден.

Уголовный процесс в отношении Мельникова завершился приговором, в соответствии с которым тот был осужден по ст. 286 ч. 3 пп. «а», «в» (превышение должностных полномочий, повлекшее тяжкие последствия) и 344 (нарушение устава) к пяти годам лишения свободы. Капитан Классен был приговорен к трем годам условно по ст. 286 ч. 3 п. «а» (превышение должностных полномочий с применением насилия). Сейчас Фонд «Право Матери» требует, чтобы виновная войсковая часть, а также Министерство Обороны компенсировали матери погибшего моральный вред, нанесенный гибелью сына. Интересы матери погибшего представляла в суде юрист Фонда «Право Матери» Татьяна Сладкова. Она изложила позицию Фонда: виновная войсковая часть и Министерство обороны должны ответить рублем за действия должностных лиц части - капитанов Классена и Мельникова. Юрист Фонда «Право Матери» в своем выступлении также напомнила, что в адрес командования в/ч 41600 было вынесено два представления прокуратуры - 14 декабря 2007 года и 11 февраля 2008 года, в которых причиной случившегося помимо личной недисциплинированности капитанов Классена и Мельникова, названо ненадлежащее исполнение Мельниковым своих должностных обязанностей (в своем отзыве на наш иск ответчики пытались утверждать, что якобы эти представления прокуратурой не выносились).

В сегодняшнее заседание явились два представителя - лейтенант Лысенко из войсковой части N 41600 и старший лейтенант Шаповалов, представляющий Минобороны. Представитель войсковой части в основном молчал, зато представитель Минобороны говорил за двоих. По странной логике г-на Шаповалова получалось, что Минобороны не должно расплачиваться за виновные действия своих должностных лиц, так как едва они начали совершать преступление - словно по волшебству перестали быть должностными лицами части, исполняющими обязанности военной службы. Представитель Минобороны возмущался нашим ходом мысли:

- Минобороны не должно отвечать за Классена и Мельникова. Если принять во внимание такую логику, то государство за все должно отвечать. Вот на меня на улице нападут, а я что же - должен иск к Министерству внутренних дел заявлять? - бодро рассуждал он и в итоге договорился то фразы: «Захарова не доказала, что гибелью сына ей причинены нравственные страдания».

- А свидетельства о гибели сына не достаточно? - уточнила судья Попова Светлана Николаевна.

Цитата из пояснений, данных Риммой Валентиновной Захаровой, для суда:

«С 29 декабря 2007 года у меня в сердце незаживающая рана. Мы до сих пор не можем поверить в то, что наш младший сын ростом 195 сантиметров, спортсмен, душа любой компании, имевший благодарственные грамоты от командования части, мог погибнуть от руки военного. Мы всегда переживали за ребят, с которыми плохо обращались в армии, как жаль нам было Сычева, который остался без ног! Даже не раз говорили Сереже: «Ты теперь сержант, помощник начальника радиорелейной станции. Не обижай ребят, ведь у каждого из них есть родители, которые их ждут так же, как мы тебя». Но никогда не могли и предположить, что такое может случиться и с ним. (...)

Очень нелегко смотреть, как отец, прячась от нас на балконе, плачет и ругает себя за то, что отпустил сына служить. Провожая Сережу, он ему сказал, что дома я тебе был отцом, а теперь тебе отцами будут твои командиры. Сейчас отец до сих пор себя корит и винит за то, что призывал и спорил со всеми по поводу службы в армии. Он всегда говорил, что нужно служить и быть достойным защитником Отечества. Отец сам служил, старший брат служил, и Сережа всегда хотел служить. Добился призыва, хоть и не был годен к строевой из-за травмы ноги. (...)

У меня теперь остались только фотографии. На них Сережа всегда в центре любой компании - школьной, дворовой, студенческой. Он был бессменным ведущим на всех праздничных концертах в училище. Был активистом, целеустремленным и жизнерадостным мальчишкой. Он мог бы стать хорошим мужем, отцом, добился бы успеха в жизни.

Когда мы ждали сына из армии, стали понемногу делать ремонт в его комнате. Обклеили стены золотистыми обоями, на пол положили также солнечного цвета линолеум. Купили мебель. Осталось повесить только шторы. Теперь в эту комнату никто не заходит.

Иногда мы пересматриваем видеозаписи утренников в детском садике, где танцевал и рассказывал стихи Сережа. И никак не можем найти ответ на вопрос: как же можно было так хладнокровно уничтожить нашего ребенка, гражданина России? Как нам жить дальше без Сережи?»

Поняв, что в самом факте причинения матери морального вреда гибелью сына, сомневается лишь он один, господин Шаповалов попытался заявить, что виновная войсковая часть не входит в структуру Минобороны. Однако присутствующий представитель в/ч 41600 господин Лысенко не поддержал представителя Минобороны, говоря, что их часть конкретно относится к войскам Минобороны...

Следующее заседание по этому делу состоится 5 июня 2009 г. в 15.30. Следите за пресс-релизами Фонда!